Счетчики

Rambler's Top100
Яндекс.Метрика
Рейтинг пользователей: / 3
ХудшийЛучший 

Наталия Урбан
Челябинск - Дрезден

Представим себе под этим заголовком следующую заметку: вчера в больнице города N больной N, не давая своего на то согласия, подвергся операции по пересадке органа - сердца. На место печени. Без наркоза. Состояние больного остается критическим. Врачи почему-то решили, что его сердце находится не там, где нужно бы, – и принялись творить добро. Причинять добро. Абсурд?

Думается, подобная новость вызвала бы шок и волну негодования. „Инквизиция возвращается!“ „Права человека нарушены!“ Но если существо, которое подвергается такому обхождению, имеет несчастье быть неодушевленным? То есть как бы неодушевленным: в том, что у челябинского оргАна есть душа, может сомневаться только тот, кто знает о нем и об органном зале по картинкам на весьма патриотических плакатах „Челябинск – город, в котором хочется жить!“ Все еще хочется... Вчера театр „Манекен“, сегодня органный зал. Что потом? Какая-то странная тенденция намечается, господа, этакое планомерное активное духовное опустошение... „Что-то страшное грядет“...

„Пересадить“  орган на другое место – прекрасная идея, с точки зрения того, кто ни разу не слышал его звучания и представляет себе его неким свистяще-пищащим приспособлением. Какая разница, где ему стоять? Люди, совершенно далекие от музыки, вершат судьбами уникальных музыкальных инструментов, которых в России – единицы. Ну не смешно ли? Да любой другой город был бы счастлив иметь подобное чудо: орган знаменитой фирмы Hermann Eule, построенный и настроенный с учетом особенностей помещения, бывшего до революции Церковью Св. Александра Невского. Но разве можно оправдывать интересами  духовности и религии разрушение того духовного и прекрасного, что не вписывается в православный контекст? А „разрушение“ – это не преувеличение, ибо особенная мягкость  звучания челябинского органа, богатство его тонов слышны только в данном помещении. Или в абсолютно идентичном по своим параметрам – только стоит ли тратить деньги и силы на воспроизведение того, что уже есть в готовом виде?

„Каждый орган – это единственное в своем роде творение. Второго органа, подобного челябинскому, нет больше нигде в мире. Нельзя взять орган и переставить его в другое место: посмотрим, как он будет там звучать. Инструмент строится конкретно под помещение, где он будет стоять,“ - рассказывает Фридберт Каммбах, органостроитель, отвечавший за подготовку помещения, создание и монтаж органа. (Прочитала в одной статье, что челябинские эксперты, а с их слов и наш губернатор, призывают не верить тем, кто так считает: на самом деле инструменту ничего не сделается. Комментарии, по-моему, излишни. Куда уж мастерам немецкой фирмы Hermann Eule Orgelbau с вековыми традициями органостроения тягаться с челябинскими асами, пригретыми властью!)

Итак, то была точка зрения специалистов. Но высоко стоящие, мягко скажем,  неспециалисты решают по-другому. Если не разбираешься в чем-то, все кажется проще простого, не правда ли? Перенести орган в другое помещение (да хоть в подсобку челябинского элеватора!) – он будет так же свистеть и пищать, как и прежде. Велика беда! Рождается заманчивая идея: сделать в городе перестановку! Например, взять все оборудование металлургического завода (решение должен принимать человек, совершенно не сведующий в металлургии!) - и перенести, например, в здание макаронной фабрики. Или наоборот? Почему бы нет? „Историческое“ объяснение всегда можно придумать. Кстати, немного истории: облик церкви вернулся к зданию на Алом поле именно в связи с установкой органа. До этого в помещении была шахматная школа и планетарий, пространство внутри было перегорожено бетонными плитами, куполов и крестов не было: от церкви почти ничего не оставалось.

Что касается Храма Божия – да, пусть в Челябинске будет больше церквей! Только не на руинах объектов культуры. Одумайтесь, господа верующие! (Хотя мне лично кажется, что вряд ли позицию губернатора могут поддерживать истинно верующие люди, которые  отличаются большей духовностью, чем власть предержащие). Разве можно совершить богоугодное дело, разрушив? Разве мало в Челябинске других мест, где прекрасно смотрелись бы купола и кресты новой церкви? Органный зал у нас один. Один единственный в Челябинске, один из немногих в России. Не секрет, что в нашем городе – при всем уважении к нему – не так чтобы очень много памятников истории и культуры. Давайте вычеркнем еще органный зал, международные концерты и уникальные фестивали, проводимые Владимиром Хомяковым. Свечу – под сосуд, орган – на задворки.

И последнее, что приходит в голову в связи со всем этим. Российская Федерация, согласно Конституции, светское государство. Согласно статистике,  чуть более 70% граждан исповедуют православие. Челябинская область – ни для кого не секрет – отличается многоконфессиональностью. Тогда почему нейтральный, открытый для ВСЕХ органный зал хотят отобрать у 30% населения? 

И почему наша власть вдруг истово выслуживается перед РПЦ?

Грехи замаливает?

Так Наверху все равно все видно!