Счетчики

Rambler's Top100
Яндекс.Метрика
Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 
Индекс материала
Интерьер органного зала
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Все страницы

По нашим чертежам производственные мастерские экспедиции №; 6 «Уралмрамора» (село Ново-Алексеевка, недалеко от г. Первоуральска) сделали уникальные панно-«зеркала» из зеленой яшмы и змеевика, обрамленные точеным профилем из черно-синего лабрадора. Из него же были сделаны профилированные углы пилонов. А далее, эти панно были обрамлены мозаикой из серого Уфалейского мрамора.


Стены лестниц в гардероб облицованы белым Коелгинским мрамором.

На полы в фойе использованы мрамор Коелгинского и Уфалейского карьеров и черное габбро (Украина).

Полы в гардеробе – полированный темно-серый гранит Полевского карьера и черное габбро.

Позолотные работы мы применили в весьма ограниченном количестве, хотя имели «свободный лимит». Позолочены перевязи на гирляндах главных арок, главная розетка в куполе и мелкие розетки в главном пилонном карнизе. Это небольшое количество позолоты, по моему убеждению, только обогатило впечатление от интерьера своим благородным и ненавязчивым мерцанием.

Резные, золоченые тремя типами золота (по цвету и фактуре) две деревянные композиции на тему музыкальных инструментов, установленные на фасадных «зеркалах» главных пилонов зала (у органа), выполнены в художественных мастерских Минкультуры РСФСР.

Эскизы композиций сделал архитектор Л.Н.Ненаглядкин.

Необходимо отметить заказчика и руководителей города и области в те годы: перед нами были открыты все склады «Главхимсбыта» области, где я лично отбирал все нужные нам пастовые красители (особенно техническая гуашь) и сухие цветовые пигменты, а они были все производства «Фабериндустри» ГДР. Об этом я даже мечтать не мог!

Для изготовления деревянных панелей и всех деревянных изделий (кроме окон и дверей) в Челябинск были доставлены кряжи даурской белой лиственницы. Это было сделано по совету архитектора Л.Н.Ненаглядкина, так как он неоднократно применял в своих работах эту породу древесины.

Эта порода замечательна тем, что со временем, уже через 2-3 месяца, даурская белая лиственница постепенно начинает менять свой цвет, и с каждым годом становится все более похожей на древесину высококачественного дуба.

При проведении экскурсий для архитекторов и строителей из других городов СССР на мой вопрос о материале панелей никто не мог определить породу дерева. Я уже не говорю о том, что себестоимость изделий из лиственницы, даже с учетом доставки ее из Забайкалья, была значительно ниже, чем из башкирского или воронежского дуба.

Для изготовления оконных и дверных блоков к ним был принят монолит башкирского дуба, в распиле выдержанный в искусственной сушке около полугода (в несколько циклов).

Шпон из лиственницы для облицовки панелей и сами панели из ДСП были выполнены Копейской мебельной фабрикой.

Деревянные профили (около 15 типоразмеров) из лиственницы (монолита), а также части деревянных изделий (парапеты лестниц и др.) выполнялись в столярных мастерских колонии г. Копейска.

Оконные блоки – на ДОК-2, двери – на ДОК-1 Главюжуралстроя.

Еще ряд изделий из красного дерева и другие детали – на разных деревообрабатывающих предприятиях города.

Вся оконная и дверная фурнитура (ручки, петли, шпингалеты, завертки и пр.) – индивидуального изготовления из бронзы и латуни (мастерские Минкульта РСФСР, Москва).

На площадке у храма была оборудована в специальном вагончике своя колерная мастерская, укомплектованная спецмашинами (краскотерками, ситами, фильтрами и др.) малой производительности. Там же был рабочий склад пигментов и растворителей.

В этой мастерской я и бригадир маляров СУ-4 ЧГС Заслуженный строитель РФ Е.А.Донцова сами составляли необходимые колера, делали пробные выкраски и только через день-два, после полного их высыхания, принимали решение по данному колеру.

Конечно, для работы бригады маляров у нас были «расколеровочные планшеты», где было расписано, каким колером покрасить данное место, что надо предварительно сделать и какой рецепт колера. Но часто приходилось кое-что корректировать по ходу дела.

Вот так мне, к 1986 году уже более 30 лет проработавшему за проектным столом и на стройплощадке, впервые удалось работать с отделочными материалами только высшего качества!

Я также заметил, и не могу не сказать об этом, что рабочий персонал на стройке, видя это (многие, по-моему, впервые в жизни!), совершенно по иному относились к материалам и к процессу тех или иных работ. Это достойно уважения!